«Вижу цель – иду к ней»: техдиректор ЧЗЭО о карьере в энергетике

 Если бы биография этого человека попала в руки киносценаристов, они, наверняка, взяли бы ее за основу фильма. Максиму Шелехову только тридцать, а за плечами – путь от слесаря-  электромонтажника до технического директора Челябинского завода электрооборудования, без связей и протекций. Выпускник университета, который после получения диплома       сознательно отказался от теплого кресла в офисе и пошел в цех. А спустя пять лет возглавил технический блок предприятия. Слишком стремительно для обычной карьеры и…   «киношно».

 

Мы поговорили с Максимом о том, какие были развилки на этом пути, есть ли рутина в его работе и каким он видит другой сценарий – сценарий развития энергетики.
 

 – Максим, давайте начнем с истоков. Когда Вы впервые подумали о том, что свяжете жизнь с энергетикой?
 

 – Пожалуй, это был десятый класс. Я учился в сорок восьмой школе в Копейске. У нас был очень сильный преподавательский состав именно по физмату, да и к точным наукам у меня душа   лежала больше. Оставалось два года до выбора вуза, и я анализировал разные направления: архитектурно-строительное, программирование. Но остановился на энергетике, подумал: она       есть сейчас, будет завтра и будет всегда. Без электричества сложно представить нашу жизнь. В этой сфере работа будет при любом раскладе.
 

– А какой образ энергетика Вы рисовали себе тогда и насколько реальность с ним совпала?
 

– В голове было несколько вариантов будущего. В университете у нас в группе сложилась четверка друзей, с которыми я общаюсь до сих пор. Каждый из нас видел свой путь по-разному: кто-то сразу планировал заниматься проектированием, кто-то хотел идти в продажи оборудования. У меня, кстати, тоже были такие мысли – я легко нахожу общий язык с незнакомыми людьми. А вообще в то время хотелось поскорее встать на ноги. Свои деньги я начал зарабатывать с 14 лет: расклеивал объявления, собирал и настраивал компьютеры, успел и разнорабочим побыть, и грузчиком, и водителем по доставке документов. В вузе желание не зависеть от родителей, не сидеть у них на шее стало только сильнее. Поэтому работу в продажах я тоже рассматривал.
 

– По какому пути пошли в итоге?
 

– После защиты диплома, это был 2018 год, нас, нескольких студентов, кафедра порекомендовала на Челябинский завод электрооборудования. Со мной связался отдел персонала, пригласили на должность «менеджера по сопровождению проектов». Я посмотрел и… отказался, даже на собеседование не пошел. Тогда я для себя решил, что продавать оборудование, которое в руках-то толком не держал, не хочу. Что я о нем смогу рассказать? Да, университет дает базовые знания, но для разговора с заказчиками этого мало.

 

– То есть в коммерцию Вы не пошли принципиально. А куда?
 

–  Решил попробовать в другом месте – в компании, которая производит подстанции в железобетонной оболочке. Там обещали позицию инженера. Проработал ровно две недели.  Оказалось, что фактически нужно заниматься теми же продажами. Собрал вещи и ушел. После этого знакомые позвали на машиностроительный завод, в электроремонтный цех. Перспективы рисовали заманчивые: мастер, потом замначальника, потом начальник – люди там были предпенсионного возраста, готовили смену. Но, придя туда, я попал в коллектив, где без остановки курили, пили чай и тянули время до пенсии. Побыв там неделю, я понял: если, не дай Бог, я здесь  задержусь еще на месяц, то сам таким же стану. Пришел к начальнику, сказал: «Такой коллектив мне не подходит. Я у вас работать не буду».
 

– И после этого вернулись к исходному варианту – ЧЗЭО?
 

– Да. На тот момент там открыли активный набор на производство. Сходил на собеседование в конструкторский отдел, но не срослось, не взяли.  Спустя несколько лет я спрашивал: «Почему? Чем не приглянулся?» (улыбается). А уже никто и не помнил. Зато на сборочный участок приняли сразу: ответил на вопросы по схемам, выполнил тестовые задания, через десять минут сказали: «Выходите». Так я стал слесарем-электромонтажником третьего разряда. На втором месяце уже собирал вторичные цепи. Для новичка это прям отличный показатель –  некоторые сборщики осваивают этот навык годами.

 

– После вуза пойти в слесари – решение, мягко сказать, необычное. Как реагировали знакомые?
 

– Многие спрашивали, в том числе друзья: «Странно…Учился в универе, чтобы идти на завод? Можно было и не учиться». Я воспринимал это абсолютно нормально, у меня был один ответ: все время работать слесарем я не собираюсь, но чтобы куда-то расти, я должен «подержать в руках» оборудование, понимать принцип его работы. Мне предлагали сразу пойти в инженерно-технический состав, говорили: «Потом мест может не быть». Но я настоял на своем. Решил: буду разбираться, а потом двигаться дальше. 
 

– Как долго Вы набирались опыта на производстве?
 

– На сборке я проработал около года, получил 5-й разряд. Параллельно поступил в магистратуру, на автотракторный факультет, специальность «Наземные транспортно-технологические комплексы». Это было связано с военной техникой. Машины – моя страсть с детства, у старшего брата бизнес в этой сфере, с отцом всегда было интересно копаться в автомобилях. Решил, что для общего развития лишним не будет. И завод пошел навстречу – нас было несколько студентов, мы отрабатывали сокращенный день, заканчивали в 16:30 и ехали на пары. В таком режиме – два года.

 

– А в конструкторский отдел были еще попытки попасть?
 

– Было дело. Мне дали возможность стажироваться в конструкторском отделе, но задержался я там ровно на один день. Не нашел поддержки в лице наставника. Конструкторское направление было мне совершенно незнакомо, я задавал много вопросов, а ответ был один: «Просто сделай». На следующее утро я сказал, что такой подход меня не устраивает и я возвращаюсь крутить гайки. На меня посмотрели странно: мол, что ты мог понять за один день. А я в жизни выводы делаю быстро.
 

– Не пожалели?
 

– Нет. На предприятии вскоре открылся конкурс на вакансию инженера по сопровождению проектов. Учитывая мой производственный бэкграунд, меня заметили.  Старт получился сбыстрым – мы практически сразу запустили серьезные проекты. Начали сотрудничать с «Аггреко Евразия»: поставили ячейки КРУ в их существующее распредустройство, чтобы они смогли запитать свои комплексы на Первоуральском новотрубном заводе. За этим проектом пошли другие – поставили для них крупные распредустройства в Коркино, на Тагульское, Сузунское месторождения.

 

– Вы нашли себя в расчетах?
 

– Поначалу – да. Мы с коллегой одними из первых в отделе начали работать в Компасе, набили руку, делали все очень быстро. Но в какой-то момент это превратилось в рутину. Каждый день – одно и то же, считаешь ячейки на автомате. Деньги мотивировали, но помимо них хотелось какого-то разнообразия, энергии. Не знаю, было ли это выгоранием, скорее, потерей интереса. В 2020 году я уехал в отпуск в Арабские Эмираты. Когда приземлился в Домодедово, накрыла апатия. Вернулся на работу, понял, что все – надоело. Пошел к руководителю и честно сказал: либо я меняю направление внутри завода, либо ухожу.
 

– Как он отреагировал?
 

– Посоветовал не спешить, сказал: «Скоро появится вакансия заместителя, поучаствуй в конкурсе. Гарантировать мы тебе ничего не можем, но у тебя есть потенциал». Я успешно справился с заданиями, прошел собеседования, и меня перевели. Замом проработал около года. Старался все делать так, чтобы не получать негативной обратной связи. И у меня ее и не было. А потом техдиректор покинул компанию, мне предложили исполняющего обязанности, позже утвердили на постоянной основе.
 

–  Сколько Вам было лет?
 

– Двадцать шесть, кажется. Некоторые заказчики, когда приезжали, удивлялись: «Слишком молодой у вас технический директор!». Но наш директор всегда отвечал: «Не смотрите на возраст. Молодой, но очень перспективный».

 

 

– Как отнеслись к этому назначению более возрастные сотрудники, которые оказались у Вас в подчинении? С их стороны был скепсис?
 

– Поначалу было сложновато, некоторые воспринимали с настороженностью. Но спустя 2-3 месяца работы люди поняли, что «голова есть» есть, опыт позволяет принимать мне верные решения. И когда появилось доверие, разница в возрасте перестала быть заметной.
 

– Вы упоминали, что еще в начале пути, ставили себе высокую планку. Целью было дорасти до руководителя?
 

– Я недавно обсуждал это с друзьями. Кажется, что-то такое в голове промелькивало. Будто я тогда, спустя пару месяцев после трудоустройства, сказал им, что моя цель – дойти до должности техдиректора. Не могу утверждать на сто процентов, было ли это на самом деле. Сейчас уже кажется, что было. Друзья во всяком случае не удивились, когда узнали о повышении: «Как сказал – так и случилось».
 

– Какие качества помогли Вам так быстро вырасти?
 

– Умение находить общий язык с людьми, стремление развиваться, честность, исполнительность. Есть принцип, которому я следую: «плохо делать не нужно, нужно  делать хорошо, плохо оно само получится».
 

– А если возникают трудности? Есть лайфхак от техдиректора, как их преодолевать?
 

– Если не получается решить вопрос в лоб, сразу, лучше отпустить ситуацию, а потом вернуться к нему через пару дней и посмотреть свежим взглядом. Решение, как правило, лежит на поверхности.
 

– А что тебя в людях, с которыми приходится работать, раздражает или расстраивает больше всего?
 

– Наверное, когда люди «включают дурака». Одно дело, когда человек действительно не понимает – тогда я объясню, помогу. Но есть те, кто просто делают вид, что не понимают, в надежде, что ты устанешь просить и сделаешь работу за них сам. Вот это самое печальное.
 

– А в работе техдиректора нет повседневной рутины?
 

– Нет. Несмотря на то, что отвечаешь за процессы производства, монтажа, охрану труда, задачи меняются каждый день. Постоянно есть живое общение, постоянно разбираем новые производственные ситуации, бытовые вопросы. Нет такого, что ты пришел и с утра до вечера рисуешь одну и ту же схему ячейки. Для меня это оказалось важным.
 

– На текущий момент какие самые интересные задачи?
 

–  Сейчас мы занимаемся аттестацией нашего оборудования в «Россетях» – это многоэтапная работа по взаимодействию с лабораториями, проведению испытаний. Недавно взялись за новый, еще более сложный проект – аттестацию в «Росатоме». Анализируем документацию, тендеры, смотрим наши сильные и слабые стороны. На производство часто заходят нестандартные проекты – вместе с Инженерным центром прорабатываем техрешения. В прошлом году, например, реализовали заказ на более, чем 70 блочно-модульных зданий – собирали их в единое сооружение. Для предприятия это был первый опыт такого масштаба. Были опасения, но мы справились. А когда оглядываешься назад, думаешь: «А ничего сложного-то и не было». Главное – не бояться сложных задач. 
 

– Отдыхаете от работы? Есть ли что-то, что дает возможность отвлечься?
 

– Какого-то одного увлечения нет. Рыбалка, вылазки за город, время с семьей.  Сыну сейчас три года, и развлечений предостаточно, скучать с ним не приходится – и поиграть, и погулять нужно, побегать, полазить, попрыгать (улыбается). Уже активно владеет шестигранниками – стол мне помогал собирать, ни один винт в этот стол не вкрутился без его помощи. 

– Вы помните свои представления об энергетике в университете. Они изменились?
 

– Да как только я пришел в цех. Одно дело видеть ячейку, скажем, КРУ 10 кВ с выкатным элементом на бумаге, сидя на лекциях. И совсем другое – когда ты приходишь на завод и начинаешь своими руками прощупывать каждый болт. Да, в вузе дают полезную базовую информацию, но реальность  отличается от учебников. Отрасль меняется, наше оборудование постоянно модифицируется, совершенствуется. Например, последние пару лет прослеживалась тенденция на уменьшение габаритов. Диспетчеризация, телемеханика – в университете нам о них говорили вскользь, это казалось чем-то далеким. А сейчас это повседневность. Думаю, тотальная цифровизация энергосистем – это лишь вопрос времени. Лет через пять или десять мы к этому точно придем.  Когда-то и счетчики в квартирах стояли механические, где крутился диск, а теперь они передают показания дистанционно.
 

– И последнее. У Вас остались какие-то невоплощенные мечты? Эмираты?
 

– В Эмираты я бы снова поехал (улыбается). Но отдыхать, жить бы не остался. Я на своем месте. «Потолка» не ощущаю: профессиональный рост никуда не делся, он просто сменил вектор – стал горизонтальным. Так что к 30-ти годам карьерные мечты, которые у меня были, уже осуществились.
 

– Это везение?
 

– Стремление и желание. Вижу цель – иду к ней. Есть, правда, еще кое-что личное, что пока не сбылось, но это уже не для интервью.